Новая реальность, или чему нас учит «дело Улюкаева»

Уголовное дело в отношении бывшего министра экономического развития России Алексея Улюкаева уже успело обрасти множеством слухов и деталей разной степени правдоподобности. Комментарии официальных лиц скупы и тоже не вносят ясности в дело. Но даже если абстрагироваться от всех этих деталей, «дело Улюкаева» описывает новую реальность российской политики. И эта картина более чем объективна.

Итак, вот что нам всем рассказала история с задержанием и арестом министра экономического развития.

ДМИТРИЙ МЕДВЕДЕВ — НЕ ВТОРОЕ ЛИЦО В ГОСУДАРСТВЕ 
Всё говорит о том, что Дмитрий Медведев не знал о готовящемся аресте министра до самого последнего момента. Об этом говорит и запоздалый комментарий пресс-службы правительства, и слова самого Медведева о том, что задержание министра находится «за гранью его понимания». Одновременно пресс-служба Кремля сообщила о том, что президент Владимир Путин знал о разработке силовиками Улюкаева с самого начала и контролировал ход дела на всех его этапах.
При этом Улюкаев в значительной части являлся номенклатурой Медведева: формально именно премьер предлагает кандидатуру министра для назначения, а финансово-экономический блок, в отличие от силового, находится в прямом подчинении председателя правительства, а не президента.
То есть получается следующая картина: президент Путин знал о том, что готовится арест одного из подчиненных Медведева, но не сказал об этом самому Медведеву. Это означает, что глава правительства де-факто не является вторым лицом в государстве: его мнения в этом случае не только никто не спросил, его даже не сочли нужным загодя проинформировать. Либо Путин больше не доверяет Медведеву, либо просто не считает его хоть сколько-нибудь значимой фигурой. И теперь об этом знают все.

ЧАСТНАЯ КОМПАНИЯ МОЖЕТ СЛЕДИТЬ ЗА МИНИСТРОМ
Такого в России точно еще не было, чтобы частная компания, пусть и с контрольным пакетом государства, участвовала в оперативных мероприятиях, да еще и в отношении федерального министра. Сейчас мы увидели, что такое может быть.
Пусть СМИ со ссылкой на источники сообщают нам, что глава службы безопасности этой компании сохранил статус «прикомандированного» сотрудника ФСБ, но это, по сути, ничего не меняет. Член правительства России, тем более министр экономики, в любом случае обладает массой секретных сведений и инсайдерской информации, которая не должна попадать в руки коммерческих структур. Но если силовики прослушивали Улюкаева и делились этой информацией с коллегами из «Роснефти», такие утечки были более чем вероятны. 

МИНИСТР БЕРЁТ ЧЕМОДАНЧИК
Сейчас мы более или менее хорошо представляем, как Алексей Улюкаев провел вторую половину дня 14 ноября. Сначала он проводил в министерстве совещание (на нем, кстати, присутствовали представители «Роснефти»), но затем попросил у собравшихся прощения и срочно уехал, пообещав вернуться к вечеру. Теперь мы знаем, что он уехал в офис «Роснефти», вышел оттуда с неким чемоданчиком и был задержан. В чемоданчике, как утверждается, лежали помеченные купюры, да и сам он тоже был помечен специальным составом. 
В данном случае не так уж важно, были в чемоданчике деньги или что-то другое. Важно то, что федеральный министр готов бросить все дела и поехать в офис частной компании, чтобы взять там какой-то чемоданчик. Что бы ни было внутри, сам этот факт многое говорит о нормах поведения российских министров. Даже если Улюкаев думал, что там лежат не деньги, а, скажем, документы — всё равно получается некрасиво: министр экономики не должен брать у коммерческих структур любые бумаги в обход официального документооборота. Но сейчас мы убеждаемся, что в работе правительства есть теневая сторона вот с такими вот чемоданчиками.

НЕПРИКАСАЕМЫХ НЕТ
Самым популярным комментарием в день задержания Улюкаева была фраза «Неприкасаемых у нас нет». Правда, звучит она не как свидетельство торжества закона, а как мрачное предупреждение высшим руководителям государства: «Под колпаком у нас все».
Неслучайно в СМИ уже появился список членов правительства, в отношении которых может вестись оперативная разработка. Насколько правдива эта информация, уже не принципиально. Принципиально то, что отныне даже член правительства не может быть уверен в том, что его статус хоть как-то защитит его в борьбе с силовиками и даже некоторыми коммерческими структурами.
У этого обстоятельства могут быть далеко идущие последствия. В идеале любой государственный чиновник должен отстаивать интересы государства — например, он должен стремиться продать государственные активы по как можно более высокой цене (или не продавать вовсе). Здесь его интересы, очевидно, вступают в противоречие с интересами коммерческих компаний (пусть и с государственным участием). На стороне компании — ее деньги, на стороне чиновника — его статус, дающий ему власть и неприкосновенность. И вдруг выясняется, что власть частной компании может быть куда больше, а неприкосновенность может улетучиться в любой момент. Очевидно, следующий министр экономики десять раз подумает, прежде чем препятствовать приватизации очередного лакомого куска государственной собственности.

ПРАВИТЕЛЬСТВУ НАНЕСЕН ДИПЛОМАТИЧЕСКИЙ УРОН
С «внешней» стороны история с Улюкаевым тоже выглядит не слишком приятно, в первую очередь для правительства РФ. Арест министра, который представлял Россию на важных международных переговорах, дискредитирует правительство РФ. Это верно и в случае, если обвинения в адрес Улюкаева подтвердятся, и в случае, если они окажутся сфабрикованными. Партнерам Улюкаева по переговорам вряд ли было приятно узнать, что тот арестован по обвинению в коррупции. Российскую власть на Западе и без того открыто называют коррумпированной, и теперь у «наших зарубежных коллег» будет для этого еще больше оснований.